Утраченные предания Забытых Королевств № 37
Как дракон Алорглаувенемаус и Эльминстер стали врагами
Дракон Алорглаувенемаус долго жил под именем Хеспердана, человека и волшебника из Жентарима. Когда Эльминстер встретил Хеспердана и распознал его истинную природу, он соединил свой разум с разумом дракона и показал ему, чем занимаются Избранные Мистры и зачем. Эльминстер надеялся, что, зная это, Алорглаувенемаус будет сдерживать и собственные драконьи амбиции, и чересчур дерзкие замыслы Жентарима, чтобы раз за разом предотвращать большую открытую войну. Так и вышло. Хеспердан срывал планы честолюбивых жентаримцев, отвлекал их, переубеждал, а кое-кого и убивал. Ради продвижения в Жентариме эти люди готовы были принести в жертву немалую часть Королевств.
Их тайное сотрудничество длилось веками. Они помогали друг другу в столкновениях с врагами и даже «менялись телами», то есть принимали облик друг друга, чтобы подменить товарища. Всё закончилось, когда Алорглаувенемаус поддался честолюбию. Он решил использовать самонадеянность Фзоула и мнимое поражение Маншуна, чтобы самому захватить власть в Жентариме. Он не знал, что Маншун провернул собственную уловку, чтобы уйти с руководящего поста, на котором служил мишенью. Дракон стремился занять положение, которое лучше всего описать как «закулисный управляющий с большой повседневной властью и почти без официальных полномочий».
Как Хеспердан, Алорглаувенемаус перебил многих высокопоставленных жентаримцев, особенно жрецов Бэйна, чтобы расчистить себе дорогу. Эльминстер был с этим согласен. Однажды он сказал Эду из Гринвуда, что дракон «играл на Бэйне, как на скрипке». Алорглаувенемаус собирался править страхом вместо официальных полномочий, что радовало Бэйна, Владыку Тирании. Бэйн и пальца не поднял против него. Но затем дракон взялся истреблять всех верных служителей Мистры и Азута, которые, на его взгляд, могли хотя бы догадываться, что Хеспердан и дракон — одно лицо и что он работал с Эльминстером. Эльминстер такого стерпеть не мог. Именно эту «измену» Эл имеет в виду, когда убивает Алорглаувенемауса серебряным огнём. Мистра и Азут одобрили его решение: дракон уже погубил множество людей. Обычно они неохотно идут на открытую резню из-за вражды по принципу «око за око», но тут Алорглаувенемаус умножал число жертв и давно вышел за круг первых целей.
Даже уничтожая дракона, Эльминстер всё ещё уважал Алорглаувенемауса за дерзость, с которой тот «был Хесперданом», и за то, что они сделали вместе. Ему было тяжело видеть, что дракон поддался жажде власти и контроля, хотя мог бы и дальше «подниматься над собой». Само появление Хеспердана уже было шагом в эту сторону. Элу хотелось по-прежнему хорошо относиться к дракону.
Почему саррухи бежали от хааста
Саррухи боятся хааста из-за замысла их покровителя, демонического владыки Сесс’Иннека. Он хотел телесно превратить саррухов, которым не суждено было стать его жертвами, в ящеров-прислужников. Одним отводилась роль ящеричьих гончих или боевых волков, другим — вьючных ящеров или тягловых животных. После превращения саррух не мог противиться мысленным приказам любого хааста. В результате ни один саррух ни по какой причине не хотел приближаться к хааста из страха, что тот мгновенно подчинит его разум. Слухов среди перепуганных саррухов ходило столько, что они не знали: подчинение действует лишь после превращения. Распространилось убеждение, что Сесс’Иннек изменяет самих хааста, чтобы те могли заранее подчинять разум саррухов поблизости. Вот почему саррухи «бежали и прятались».
Антибиотики в Королевствах
На Ториле уже широко применяют средства против инфекций, но ни словом «антибиотики», ни каким-либо другим общим названием их не называют. Эльфы и дворфы хорошо знают, как медь и серебро действуют на раны и бактерии. Эльфы и многие лесные народы знают, как на инфекции действуют дикие растения, или «травы». Обитатели Подземья умеют сходным образом пользоваться некоторыми грибами для обеззараживания. И так далее.
Единого свода этих знаний нет, и народы ими не обмениваются. За пределами кругов друидов каждая знахарка и деревенский целитель оберегают свои «секреты». Знатоки трав этим зарабатывают на жизнь.
Большинство целителей, мудрецов и жречеств знают о чистоте, инфекциях и, благодаря эпидемиям, о «заразе», то есть о том, что болезнь можно подхватить от больного существа.
Кстати, медь как металл по-эльфийски зовётся tamra, а медный эльф — taquem.
Микроскопы и термометры в Королевствах
Торильские микроскопы зовут «зоркими стёклами». Это редкие и дорогие приборы, собранные из линз ручной шлифовки. Обычно на столе стоит вертикальный металлический стержень, к которому зажимами крепятся разные линзы. Представьте ручные увеличительные стёкла, у которых рукояти заканчиваются зажимами. Наблюдатель смотрит через несколько линз, меняя их высоту, расстояние между ними и подбирая нужное сочетание из того, что есть под рукой. Зоркими стёклами пользуются при операциях, изготовлении подделок и некоторых тонких работах по резьбе и ремеслу.
В Королевствах есть и термометры того типа, который иногда называют термометром Галилея. В запаянном стеклянном сосуде со смесью жидкостей плавают выдутые стеклянные шарики. Их положение в жидкости указывает на температуру. На Ториле их обычно зовут «погодными стёклами».
Официальной числовой шкалы для измерения температуры нет. На ощупь различают кипящее или обжигающее, горячее, тёплое, уютное (как в хорошо натопленном жилище), температуры крови, приятное, прохладное, холодное, ледяное и такое, от которого немеют пальцы.
Как волшебники и алхимики делают целебные мази и питьё
С подходящими инструментами и ингредиентами волшебники, алхимики и знатоки алхимии вполне способны сами изготовить обеззараживающие средства, противоядия и прочие целебные снадобья. Сможет ли это конкретный волшебник, зависит от его подготовки и от того, какие книги, свитки или наставники ему доступны. Любой, кто хоть немного учился алхимии, понимает, как добиваться чистоты состава, усиливать или разбавлять его. Но знать приёмы — только начало. Алхимия состоит в том, чтобы пробовать, очищать, вносить поправки и пробовать снова, постепенно приближаясь к желаемому результату.
При подходящих ингредиентах и инструментах человек, привыкший к точной работе и достаточно изучивший алхимию, с первой попытки должен суметь приготовить неплохое обеззараживающее средство и противоядие, которое облегчает симптомы: судороги, отёки, ухудшение зрения или других чувств. Чтобы получить более действенные средства и противоядия, устраняющие причину, понадобятся новые опыты.
Устойчивые к магии бактерии на Ториле
В Королевствах устойчивые к магии бактерии могут возникнуть лишь в живом организме, который надолго остался или застрял в месте с сильной магией, например внутри ми́тала, либо подвергся воздействию мощного заклинания 7-го круга или выше. Такие бактерии существуют, но встречаются редко.
Излечение болезни на них всегда «срабатывает»: заклинание снимает все проявления и переводит болезнь в скрытую форму, так что она кажется исцелённой. Позднее она возвращается, но в куда более лёгкой форме. Когда именно, решает ведущий. Тяжесть вернувшейся инфекции зависит от многих обстоятельств, прежде всего от общего здоровья пострадавшего. Как бы то ни было, ни одна инфекция не должна пережить три применения излечения болезни. Третье заклинание должно избавить от неё навсегда.
Мифрил, адамантин и «дамасская» ковка
Адамантин — гибкий и прочный сплав хрупкого, сверхтвёрдого чистого металла адаманта, который получают из адамантитовой руды. Ни адамант в какой-либо форме, ни мифрил не годятся для дамасской ковки, то есть для кузнечной сварки, складывания слоёв и проковки. Такая многократная переработка разрушает и адамантин, и мифрил. Зато оба металла можно отливать и «обрабатывать трижды». Дворфы, знающие как, могут изготовить из них предметы с кромкой, которую можно раз за разом проковывать и шлифовать, сохраняя её острой и ровной.
Работа с мифрилом известна не только эльфийским и дворфьим кузнецам. Его умеют обрабатывать гномы, а ковать — и штормовые великаны. Последние прибегают к этому очень редко, потому что кровь всех истинных великанов «портит» мифрил. При многократном попадании крови, но не пота, металл рассыпается в чёрный порошок и годится разве что на выброс. Если порча не проела изделие слишком глубоко, чёрную пыль можно счистить, поверхность отполировать и спасти оставшийся металл.
О наследовании у знати Королевств
Общее правило гласит: наследует старший. Подробности в разных краях Королевств сильно различаются и зависят от обычаев дворянского рода или законов страны, к которой он принадлежит. Как и у нас, одни дворянские титулы передаются по мужской линии, другие по женской, а у некоторых есть исключения из всякого такого порядка. Когда мне было пять или шесть лет и я впервые обдумывал это для Королевств, мне пришлось решить, как быть с возвращением к жизни при помощи магии. Чтобы избежать «вечных королей», которых снова и снова воскрешают или которые правят в облике личей, если только им не удаётся скрывать обман, я решил, что смерть исключает человека из очереди наследования. Это видно в романе Cormyr: A Novel. В одних семьях воскресшего по-прежнему сочтут членом рода, и он может наследовать снова, если переживёт всех остальных родичей. В других его станут сторониться и выгонят из семьи, особенно если покойник был скверным или непопулярным человеком.
Возьмём Глубоководье и Кормир, чья знать чаще всего появлялась в опубликованных материалах о Королевствах. Дворянский наследник, если он гомосексуален, сохраняет право наследовать. Если он умрёт без родных детей, очередь перейдёт к следующему по старшинству родственнику. В некоторых семьях нужен родственник определённого пола. В большинстве пол не важен, разве что в редком случае, когда близнецы появились на свет в одно и то же мгновение. Тогда обычно существует семейное правило: первым наследует мальчик или девочка. Если такого правила нет и ничего на этот счёт не предписано законами страны или города-государства, семья попросит бога, которого выберет глава дома, послать знак в видении. Как и у нас, в Королевствах известно немало случаев, когда гомосексуальные люди заводили детей обычным способом, чтобы не поставить под угрозу наследование. Их растят с мыслью, что сохранение дома, то есть семьи, важнее всего остального. Большинство поверит в это и будет так поступать, невзирая на личные потери, издержки и чувства.
Усыновлённые дети принадлежат к знати, но в очередь наследования не входят. Их пропускают.
Для короны всегда действуют сложные законы, сложившиеся из королевских указов, которые знать страны поддерживала с годами. Когда она их не поддерживает, начинаются гражданские войны, а влиятельные дворянские группировки выдвигают узурпаторов. От «нового монарха» обычно добиваются новых указов, которые уточняют порядок и закрепляют то, чего хочет большинство знати. Годами я старался оставлять подробности этих законов и обычаев как можно более туманными, чтобы авторы романов, разработчики игр и отдельные ведущие могли свободнее рассказывать истории и определять, что поставлено на карту для персонажей.
Если вам нужен пример того, как решить, кто должен наследовать из двух или трёх вроде бы равноценных претендентов, вспомните, как в Cormyr: A Novel мы с Джеффом Граббом показали человека, который не желал короны и отрёкся в пользу брата или сестры. А потом взгляните на NFL. Да, на крупнейшую американскую лигу профессионального футбола. Перед плей-офф на её сайте всегда есть ссылка на правила разрешения ничьих или что-то в этом духе. Там показано, как сравнивают две команды, набравшие одинаковое число очков. Меня всегда занимало, что в самом конце, когда исчерпаны все остальные критерии, всё решает подброшенная монета. В Королевствах монету бы не бросали. На этом этапе решение поручили бы богам и ждали знака. Жрецы, конечно, могут знак подделать или истолковать в свою пользу, но идеальных порядков не бывает. В столкновении интересов и борьбе за власть как раз и кроется столько сюжетов и возможностей для приключений.
Если вам понравилась эта статья или у вас есть комментарии, присоединяйтесь к дискуссии в канале Telegram или сервере в Discord.
